Зальцбург: Заида, или Путь света

Не всё то опера, что так называется. Зингшпиль «Заида» — пастиччо, Моцарт написал лишь середину, и сюжет остался загадкой. Каждый постановщик волен выбирать, как эту историю рассказать зрителям.

Автор идеи Рафаэль Пишон, восходящая звезда молодого поколения дирижёров в области старинной музыки, идущих по стопам Арнонкура и Гардинера, лейтмотивом своей постановки выбрал борьбу с тиранией, силу истинной любви и, прежде всего, глубинное стремление к свободе.

На сцене, в колоссальном пространстве Фельзенрайтшуле — лишь игра света и тени. И люди: барочный оркестр «Пигмалион», известный своими смелыми авторскими интерпретациями, солисты и хор в белых рубашках. Никаких декораций. Это история жестов, движения и пения. Редкий Моцарт (и уже тем заслуживающий внимания), но и всё тот же великий Моцарт, что делает «Заиду» бесценной.

Французский дирижёр Рафаэль Пишон и родившийся в Ливане канадский драматург и театральный режиссёр Важди Муавад написали либретто, которое в стиле мелодрамы — разговорный текст в диалоге с хором и оркестром — широкими мазками рассказывает историю Заиды, актуальную и для нашего времени, о стремлении к свободе и о праве на жизнь и на любовь.

Предполагаемый классический сюжет о спасении пленников из плена турецкого паши был прочитан в более современной манере. Молодая женщина, Персада (Леа Дезандре), персонаж, отсутствующий у Моцарта, возвращается в тюрьму (ныне музей) в поисках информации о своей матери. Один из бывших охранников, Аллазим (Йоханнес Мартин Крэнцле), рассказывает ей историю Заиды и Гомаца, родителей Персады, и их борьбы со злодеем Солиманом, приспешником которого был Аллазим.

В новом сюжете использована вся музыка из «Заиды», расширенная вокальными номерами и хорами. Помимо самой «Заиды» почти целиком звучат моцартовская оратория «Кающийся Давид» и ещё несколько номеров разной степени раритетности (концертные арии, четырёхголосный канон KV 557, музыка из неоконченной Мессы до минор и др.). А обрамляют действие парящие, неземные, хрустальные звуки до-мажорного адажио для стеклянной гармоники.

Драматургия спектакля основана на ярком противопоставлении света и тьмы, обмана и истины. Художник по свету Бертран Кудерк, постоянно сотрудничающий с «Пигмалионом», создаёт в обширном пространстве Фельзенрайтшуле чрезвычайно эффектную атмосферу; здесь путь к свободе обозначается как путешествие к свету, как глубокая надежда на примирение.